Территория

Предварительно Земледелец подозрительны причисляется к рассказам о древних созданиях коми-пермяцкой мифологии. Ему это всего исключительно комплект легенд, передаваемых непосредственно от в уста, не имеющих под собой реалистичных оснований. Всякий вечер, коллекционируясь кругом кострика с друзьями, он бессознательно улыбается, иногда чувствует о чудовищах, оберегающих леса, и духах, водящихся в реках. Но с всяким свежеиспеченным рассказом его авторитетность инициирует шататься. Воспоминания о своих младенческих трепетах и выдумках пробуждаются, и он инициирует задумываться: а что, ежели данные мифы тянут внутри себя некоторую истину, какую мы элементарно не подмечаем в сутолоке прозаической жизни? Мало-помалу Земледелец осознает, что мир вокруг него значительно затруднительнее и многограннее, нежели он когда-либо думал. Он начинает обследовать натуру и окружающую среду, и тут-то ходу обнаруживает для самого себя поразительные связи промежду людьми и мифами. Например, леса, какие он раньше созидал исключительно будто пространство ради прогулок, активизируют приниматься им как живое существо, совершенное тайн и историй. Классические басни о лешем и водяном, про то, как они предохраняют свои владения, принуждают Егора заново глядеть для любую дорожку и каждый звук в листве. Теперь, иногда он вновь посиживает у костра, его принцип останавливается больше радетельным и открытым. Земледелец не элементарно прослушивает - он пропитывает всякое слово, размышляя про то, как эти летописи сформировывают культуру и тождественность народа. Он понимает, что мифология - такое не столько небылицы о чудовищах, однако и отражение глубоких трепетов и надежд своего народа. И, возможно, собственно в данных классических рассказах запрятывается протест для некоторые вопросы современности. Земледелец чувствует, что, раскрываясь обществу мифов, он открывает и себя, и начинает понимать, что все мы объединены незаметными нитями с теми, кто жил здесь до нас.